Преподобный Арсений Комельский, Вологодский, игумен — житие, тропарь, кондак

Житие

Прп. Арсений Комельский родился в Москве в XV веке. С юности стремился к монашеской жизни, принял постриг в Троице-Сергиевой лавре. Нёс послушания на скотном дворе и в хлебне, отличался смирением. В 1525–1527 годах был игуменом лавры, но сохранил простоту и трудолюбие. Стремясь к безмолвию, тайно ушёл в комельский лес, где основал монастырь в честь Положения ризы Богородицы. Скончался 24 августа 1550 года. Прославлен посмертными чудесами.

Краткое житие преподобного Арсения Комельского

Родился в Москве во второй половине XV века. Уже в отроческих летах преподобный желал оставить суету мира и посвятить свою жизнь служению Богу. Достигнув совершеннолетия, преподобный Арсений пришел в обитель преподобного Сергия Радонежского, где и принял монашеский постриг.

В обители святой совершенно предал себя иноческим трудам, с усердием выполняя монастырские послушания на скотном дворе и в хлебной. По своему смирению он считал себя последним и слугой для всех. Трудами и постом преподобный Арсений изнурял свою тело, умерщвляя страсти, и в то же время он старался укрепить свою душу молитвой, чтением Священного Писания и душеспасительных книг, которые святой переписывал для своего монастыря и для других церквей.

В 1525–1527 гг. св. Арсений был игуменом Троице-Сергиевой Лавры. В этом сане он не изменил своей любви к посту и нищете: носил ветхую одежду, служил всем и трудился более всех.

В 1527 г., стремясь к подвигу безмолвия, преподобный тайно оставил монастырь и ушел в комельский лес. Здесь, на берегу реки Кохтыш, святой основал обитель в честь Положения ризы Пресвятой Богородицы во Влахерне. В служении Богу и ближним, в труде и молитве прошла жизнь преподобного Арсения. 24 августа 1550 г., причастившись Святых Христовых Таин, преподобный Арсений мирно отошел ко Господу. Вскоре после праведной его кончины у гробницы святого стали совершаться чудесные исцеления от различных болезней.

Полное житие преподобного Арсения Комельского

Преподобный Арсений родился в Москве в последней половине XV веха, но в котором именно году – неизвестно, по происхождению был из рода бояр Сахарусовых. Он рано начал тяготиться шумом столицы и почувствовал отвращение к мирской жизни, хотя по правам рождения мог иметь в ней большие успехи, приобрести честь и богатство. Его юное сердце, еще не связанное никакими житейскими узами, свободное от всех мирских пристрастий, горело любовью к одному Богу, стремилось всецело посвятить себя на служение Ему. И обитель Св. Троицы, прославленная подвигами своего основателя преподобного Сергия, уже причисленного тогда к лику святых, представлялась ему лучшим для того местом, поэтому юный боярин и принял в ней иноческое пострижение.

Нелегка была жизнь для молодых и новоначальных иноков в многолюдной обители Сергиевой. Кроме строгого исполнения обязательного для всех повседневного монашеского правила, каждый инок должен был пройти длинный ряд различных послушаний, начиная с самых низших и трудных: службы на скотном дворе, в монастырских огородах и полях, привратником, в поварне и на хлебне, в братской трапезе и церкви. При этом инок совершенно отрекался от своей воли и подчинял себя воле старца-наставника, пока наконец достигал права пользоваться услугами других в тишине своей келлии.

Молодой инок Арсений совершенно предал себя иноческим трудам, со всем усердием и с юношеским жаром он начал проходить монастырские послушания: в числе первых приходил в церковь и всегда первым являлся на послушаниях, охотно исполняя и то, чего не успевали или не хотели сделать другие, по своему смирению считая себя последним в обители и слугою всех. Трудами и постом изнуряя тело и умерщвляя страсти, он в то же время старался укреплять душу свою молитвою, чтением душеполезных книг и переписыванием их, то для своего монастыря, то для других церквей. Как драгоценный памятник его трудов, доныне сохранилось в его обители Евангелие, написанное им в Сергиевом монастыре в 1506 году, на котором можно прочитать такую смиренную надпись: «Писал Евангелие многогрешный чернец Арсеньишко Сахарусов». Такая примерная труженическая жизнь и высокие добродетели не могли не снискать ему всеобщей любви и уважения. И когда в 1525 году, в сентябре месяце, игумен Порфирий отказался от управления монастырем, все братия единогласно избрали преподобного Арсения на его место как самого достойного. Но это избрание, лестное для других, показалось смиренному подвижнику тяжелым бременем, которое он согласился принять на себя только из послушания, ради моления и ради слез братии. В сане игумена богатого монастыря Арсений не изменил своей любви к нищете и посту и честь игуменства своего поставлял в том только, чтобы служить всем и трудиться более других. Отечески заботясь о довольстве и успокоении братии, преподобный Арсений забывал о самом себе и не замечал того, что одежда его покрыта заплатами и хуже всех, даже тогда, когда встречал и принимал приходивших в монастырь князей и бояр. «Что это значит, что игумен ваш ходит в такой худой одежде?» – спрашивал братию великий князь Василий Иоаннович, увидевши Арсения во время посещения обители едва не в рубище. «Наставник наш – истинный раб Божий и живет в Боге; он думает только о том, как бы оставить нас и удалиться в пустыню на безмолвие», – сказали в ответ братия и просили великого князя, чтобы убедил их игумена остаться с ними. Василию Иоанновичу и самому было жаль, если обитель лишится такого настоятеля, поэтому он стал просить преподобного Арсения остаться в обители, на что тот и согласился, постыдившись огорчить отказом высокого посетителя, хотя и сильно желал удалиться в пустыню.

В то время многие окрестные монастыри и пустыни были подчинены Троицкому монастырю, и игумен Троицкий наблюдал за их хозяйством и образом жизни братии. Преподобный Арсений и эту обязанность старался исполнять в точности. Несмотря на то, что многолюдство его собственного монастыря требовало неусыпных трудов и надзора со стороны игумена, он находил еще время посещать и эти монастыри, чтобы лично наблюдать за ними и собственным примером руководить братию. Особенно он любил посещать обитель современника Сергия преподобного Стефана Махрищского, находившуюся в 35-ти верстах от Троицкой, чтобы в ее пустынном безмолвии хотя несколько успокоиться и приобрести новые силы к прохождению своей многотрудной должности. Там однажды махрищский игумен Иона объявил ему, что благоговейный инок Герман, уже столетний старец, вышедши ночью из своей келлии, увидел огонь, горящий под древесными ветвями над местом погребения преподобного Стефана, и тогда, ужаснувшись необычайности явления, поспешил сказать ему о том, что и он сам из окна своей келлии увидел тот огонь, как бы луч света, сиявший от могилы Стефана. Преподобный Арсений, приняв это за знамение благодати Божией, дарованной преподобному Стефану, приказал поставить над его могилой гробницу, осенять ее покровом и возжечь пред ней большую свечу, затем, совершив соборне Божественную литургию, установил, чтобы с тех пор ежегодно праздновалась в обители память преподобного.

Если бы преподобный Арсений не был возведен на высокую степень игумена и оставался по-прежнему в числе братства, не обращая на себя особенного внимания других, то, может быть, он и не подумал бы никогда оставить Троицкую обитель, в которой принял иноческое пострижение, дал обещание пребывать до смерти и провел уже столько лет. Но начальство над братией, неизбежные отношения с богатыми и сильными мира, всеобщий почет и уважение, оказываемое ему как преемнику Сергиеву, лежало тяжелым бременем на смиренной душе подвижника. Часто вспоминал он о своей прежней жизни, когда, ничем не развлекаемый и заботясь только о самом себе, он мог всецело предаваться богомыслию, любовь к пустыни и безмолвию начала возгораться в его сердце все более и более, пока наконец преподобный, будучи не в силах противиться влечению своего сердца и зная, что великий князь и все братия не согласятся отпустить его, решился тайно оставить свое место и удалиться в незнакомые места, чтобы в уединении всецело посвятить себя на служение единому Богу.

Наслышавшись о неизмеримых лесах севера и зная, что еще при преподобном Сергии и с его благословения из Троицкого монастыря ушли туда некоторые и основали там собственные монастыри и пустыни, преподобный Арсений в 1527 (или в 1529) году вышел из монастыря и направил свой путь в эту сторону, для него совершенно неизвестную. Он обошел много лесов и пустынных дебрей, ища для себя удобного места, и наконец, руководимый Промыслом, достиг Вологодской страны. Здесь, незадолго пред тем временем (около 1525 года), в расстоянии 40 верст к северо-западу от г. Вологды, в верховьях малой речки Бабайки явилась чудотворная икона Божией Матери Одигитрии. Услышав об этом новом знамении милосердия Божия, преподобный Арсений пошел в то пустынное место, где явилась икона, и, соорудив себе малую келлию, стал подвизаться в ней в посте и молитве. Но со времени явления св. иконы пустынное место перестало быть безмолвным от множества приходивших туда богомольцев, поэтому, пробыв здесь несколько времени, он оставил свою келлию в основание будущей Мяслянской пустыни и снова пошел странствовать по болотам и дебрям Комельского леса, усердно прося Господа, чтобы Он Сам указал ему место для жительства.

И через некоторое время в густой чаще леса, у слияния речек Лежа и Кохтыш, в 40 верстах от Вологды, с его плеч сорвало ношу. Преподобный присел отдохнуть и вдруг увидел необыкновенный свет, озаривший окрестность. Уразумев откровение Божие, святой Арсений на месте явления света построил себе небольшую келлию и начал подвизаться в посте и молитве, дни проводя в труде, а ночи – в бдении. Он думал, что зашел в такую лесную глушь, в которой никто уже его не потревожит и не нарушит его безмолвия, но, видно, нет на земле такого места, где бы искушение не могло постигнуть человека. «Видевше себе беси поругани бываемы от блаженнаго Арсения и изгоними от места того святаго, воздвигоша брань на него и многа искушения и досаждения святый претерпе от них», – говорит описатель его жития. Не возмогши победить подвижника сами, невидимые враги насылали на него видимых в лице окрестных жителей, возбуждая в них зависть и гнев против святого. Крестьяне, ходившие сюда то для рубки леса, то для звериной и рыбной ловли, сочли себе помехой уединенную келлию пустынника, опасаясь, чтобы со временем она не разрослась в монастырское общежитие и не овладела окрестными землями. Чтобы изгнать его из пустыни и удержать за собой землю, они стали наносить преподобному различные обиды и притеснения. Смиренный старец противопоставлял им сначала христианское терпение и кротость, стараясь победить их злобу своей любовью; потом, когда притеснения сделались слишком часты и невыносимы, так что однажды злые люди, пришедши в келлию и не заставши в ней самого Арсения, убили жившего с ним келейного его старца, тогда он, по слову апостола, дал место гневу (Рим.12,19) и, оставивши Комельскую пустыню, удалился оттуда верст за тридцать в дикий Шилегонский лес, на речку Шингор. Полное уединение этого места вполне соответствовало сердечному влечению святого Арсения служить Господу в безвестной пустыни. И, прилагая труды к трудам и подвиги к подвигам, блаженный подвижник, как огнем, горел любовью к Богу, вперив к небу ум свой. Но сколько ни нравилась ему эта уединенная жизнь и как он ни рад был своему безмолвию, оно скоро должно было прекратиться.

Господь, не желая доле оставлять светильника Своего как бы под спудом, восхотел, чтобы это духовное сокровище обогатило и других и чтобы подвиги его послужили примером и назиданием для многих. Крестьянин Алексей Охотин один раз пришел в Шилегонский лес с собаками ловить зверей, и собаки отбежали от него, и он, отыскивая их, нечаянно набрел на келлию отшельника. Старец принял его с отеческой любовью и стал спрашивать у него, как он нашел его келлию, так как преподобный до него не видел в лесу ни одного человека и не знал, далеко ли находятся селения. Когда охотник рассказал ему подробно обо всем, то преподобный, видя в нем человека простого и доброго, долго беседовал с ним, поучая страху Божию, и, отпуская, он велел ему искать собак по речке Шингоре на мысу Кривике и при этом сказал: «Там найдешь их с большой добычей». Удивился охотник прозорливости старца, когда в самом деле нашел своих собак с добычей именно на том месте, где сказал ему преподобный. Добычей, пойманной собаками, была дорогой цены лисица, с которой охотник тотчас же возвратился к келлии старца и просил его принять ее в дар, но старец отказался от подарка и посоветовал жертвователю употребить цену ее на милостыню. Через этого охотника келлия Арсения сделалась известной, и один за другим стали приходить к нему из окрестности для духовных бесед монахи и миряне. Старец всех принимал с отеческой любовью, поучал всем сердцем любить Господа, пролившего за нас кровь Свою на Кресте, и ближних как самих себя. Когда некоторые из посетителей, желая постоянно иметь его своим наставником и руководителем в духовной жизни, стали принимать от него пострижение и селиться близ его келлии, преподобный Арсений водрузил крест и построил часовню для общей молитвы. Таким образом в дремучем Шилегонском лесу составилось братство любителей безмолвия и основалась пустыня, известная впоследствии под названием Александро-Коровиной (позднее Троицкая пустынская церковь).

Уже около семи лет преподобный Арсений подвизался в Шилегонском лесу, довольный его безмолвием, как в 1538 году казанские татары неожиданно вторглись в Вологодские пределы, сжигая селения, а беззащитных жителей грабя, убивая и уводя некоторых с собою в неволю. Ужас распространился в стране, и жители, чтобы спастись от смерти, толпами бежали из селений в Шилегонский лес, где находилась пустыня преподобного, думая найти себе защиту в неприступности места, удаленного от дорог. Варвары хотели было проникнуть и туда вслед за бежавшими жителями, но были удержаны Промыслом по молитвам человека Божия, так что все те, которые искали себе убежища в его пустыни, остались невредимы. После ухода татар многие из жителей не захотели более возвратиться на пепелища своих жилищ и поселились со своими семействами близ келлии отшельников, вследствие чего любимое преподобным безмолвие было нарушено близостью мирского шумного селения. Тогда Арсению пришла мысль опять идти в Комельский лес на прежнее свое место, и когда он объявил о своем намерении жившим с ним пустынникам, то один из учеников его, инок Герасим, не захотевши разлучиться со своим наставником, пожелал отправиться с ним.

Еще в 1530 году великим князем была выдана преподобному Арсению жалованная грамота, которой строго запрещалось всем около пустыни его в Комельском лесу на речке Кохтыше во все стороны на две версты рубить лес, ставить новые поселения, заниматься звероловством и обращать в свое владение землю или лес. Но, испытавши после того столько притеснений и обид, преподобный Арсений решился снова идти в Москву искать защиты от своеволия грубых людей и в 1539 году получил новую грамоту с большими правами и наделом земли уже на пять верст. Тогда, поручивши управление Шилегонской пустыней одному из своих учеников, преподобный Арсений с Герасимом отправился в Комельский лес, водворился на своем прежнем месте и стал рубить лес, расчищать и приготовлять землю под поля и огороды для будущей обители. Труд шел успешно, ибо препятствий со стороны жителей теперь уже не было. Но когда пустынники завели несколько голов рогатого скота, то стали их обижать медведи, чем причиняли подвижникам постоянный труд и беспокойство. Однажды, когда медведь напал на корову, прозорливый старец молитвой остановил и связал зверя, приказавши своему ученику идти и наказать его, чтобы он более не тревожил их. Герасим пошел и начал сечь зверя лозой, и медведь не только не рассвирепел и не бросился на него, но, как бы сознавая свою вину, поклонился ему до земли и ушел на свое место. С того времени звери перестали нападать на монастырский скот. Такова была вера и сила молитвы старца и истинно детская простота и послушание ученика!

Когда рядом с отшельником стали селиться иноки, преподобный Арсений по благословению епископа Вологодского Алексия (1525–1543) построил храм, который был освящен 2 июля 1541 года в честь Положения Ризы Пресвятой Богородицы во Влахерне. Так возникла Комельская Ризоположенская обитель. Преподобный Арсений не жалел ни сил, ни времени, чтобы наставить иноков и приходивших поселян истинам православной веры и правилам христианской жизни. Он часто сам ходил в селение, на покосы и проповедовал слово Божие. Не забывал святой Арсений и Шилегонской обители, которую также нередко посещал и назидал братию.

Преподобный Арсений не любил лжи и обличал людей, допускавших обман. Однажды крестьяне близлежащего села испросили у преподобного разрешение на ловлю рыбы в пределах монастырского участка в реке Леже. Старец, благословив их, сказал, чтобы в случае хорошего улова они принесли часть рыбы в монастырь. По молитве преподобного улов был хороший, но рыбаки скрыли лучшую долю. Преподобный Арсений обличил их лукавство, и рыбаки принесли искреннее покаяние. Особенно строг был преподобный к тем, кто нарушал воскресные дни и оскорблял их святость работой на пользу своего дома. Однажды одна крестьянка в воскресный день вышла в поле жать. В то время преподобный находился в этом селе и, узнав об этом, велел ей прекратить работу и помолиться Богу. Крестьянка сначала послушалась, а затем вновь пошла в поле. Тогда по молитве праведника поднялся ветер и разметал все снопы непослушной женщины.

В служении Богу и ближним, в труде и молитве прошла жизнь преподобного Арсения. Предчувствуя кончину, святой старец назначил преемником своего ученика Герасима и, затворившись в келлии, стал готовиться к смерти. Незадолго до кончины он преподал последнее наставление братии: любить друг друга и хранить монастырский устав. Преподобный Арсений мирно скончался 24 августа 1550 года, причастившись Святых Христовых Таин. Братия погребли святого близ алтаря монастырского храма.

Вскоре после кончины преподобного от его гробницы стали совершаться чудесные исцеления болящих. Описание многочисленных чудес, входившее в житие преподобного, сгорело во время пожара в 1596 году. Позднее житие было восстановлено в кратком виде по сохранившимся записям иноком обители Иоанном.

Через 100 лет игумен Комельского монастыря Иоасаф (1656–1665) построил на месте прежнего храма новый, каменный, с двумя приделами: во имя преподобного Сергия Радонежского и преподобного Арсения – над местом его погребения. Позднее над мощами преподобного была устроена гробница.

Песнопения

Тропарь, глас 4

Удали́вся ми́ра, и водвори́вся в пусты́ню,
и ту подвиза́вся до́брым по́двигом,
посто́м, и моли́твами, и мно́гим терпе́нием,
и жив показа́л еси́ мно́гая чудеса́,
и по преставле́нии свое́м источа́еши разли́чная исцеле́ния
с ве́рою приходя́щим к честно́му гро́бу твоему́,
Арсе́ние, о́тче наш,
моли́ Христа́ Бо́га

спасти́ся душа́м на́шим.

Кондак, глас 8

Жите́йския молвы́ отбе́г,
и в пусты́ню всели́лся еси́,
и та́мо житие́м жесто́ким пожи́л еси́,
и зве́ря свире́паго а́ркуда моли́твами укроти́л еси́,
и мно́гим был еси́ наста́вник ко спасе́нию,
и того́ ра́ди получи́л еси́ жизнь ве́чную на Небесе́х.
Всегда́ зря Святу́ю Тро́ицу,
моли́ изба́витися нам от бед, да зове́м ти:

ра́дуйся, о́тче наш Арсе́ние, пусты́нный жи́телю.

Величание

Ублажа́ем тя́, преподо́бне о́тче Арсе́ние, и чтим святу́ю па́мять твою́, наста́вниче мона́хов и собесе́дниче а́нгелов.

Молитва

О, свяще́нная главо́, преподо́бне о́тче, и преблаже́нный а́вво Арсе́ние вели́кий! Не забу́ди ни́щих свои́х до конца́, но помина́й на́с всегда́ во святы́х твои́х и благоприя́тных моли́твах к Бо́гу. Помяни́ ста́до твое́, е́же са́м упа́сл еси́, и не забу́ди посеща́ти ча́д твои́х: моли́ за ны́, о́тче свяще́нный, за дети твоя́ духо́вныя, я́ко имеяй дерзнове́ние к Небе́сному Царю́. Не премолчи́ за ны́ ко Го́споду и не пре́зри на́с, верою и любо́вию чту́щих тя́. Помяни́ на́с недосто́йных у престо́ла Вседержи́телева, и не преста́й моля́ся о на́с Христу́ Бо́гу: дана́ бо тебе благода́ть за ны́ моли́тися. Не мни́м тя́ су́ща ме́ртва, а́ще телом и преста́вился еси́ от на́с, но и по сме́рти у́бо жи́в сы́й пребыва́еши; не отступа́й от на́с ду́хом, сохраня́й на́с от стрел вра́жиих, и вся́кия пре́лести бесо́вския и ко́зней диа́вольских, па́стырю на́ш до́брый! Аще моще́й твои́х ра́ка пред очи́ма и ви́дима е́сть всегда́, но свята́я твоя́ душа́, со а́нгельскими во́инствы, со безпло́тными ли́ки, с небе́сными си́лами, у престо́ла Вседержи́телева предстоя́щи, досто́йно весели́тся. Темже к тебе припа́даем, и тебе́ мо́лим, и тебе ми́ли ся деем, моли́ся о на́с всеси́льному Бо́гу о спасе́нии ду́ш на́ших, испроси́ на́м вре́мя на покая́ние, и е́же невозбра́нным прейти́ от земли́ на не́бо, мыта́рств же го́рьких возду́шных князе́й и вечныя му́ки изба́витися, и небе́сному Ца́рствию наследникам бы́ти, со всеми пра́ведными, от века угоди́вшими Го́споду на́шему Иису́су Христу́, Ему́же подоба́ет вся́кая сла́ва, че́сть и поклоне́ние, ны́не и при́сно и во веки веко́в. Ами́нь.

Канон

Канон преподобному Арсению Комельскому, Вологодскому

Акафист

Акафист преподобному Арсению, Комельскому чудотворцу

Конда́к 1

Избра́нный чудотво́рче и изря́дный уго́дниче Христо́в, Арсе́ние преподо́бне, восхваля́ем тя́, безмо́лвия, терпе́ния и нищеты́ духо́вныя учи́теля. Ты́ же, я́ко име́яй дерзнове́ние ко Го́споду, моли́ Его́ изба́вити оби́тель твою́ и на́с, гре́шных, от все́х бе́д и ско́рбных обстоя́ний, да со умиле́нием зове́м ти́:

Ра́дуйся, Арсе́ние, Коме́льский чудотво́рче.

Икос 1.

Ангела земна́го и небе́снаго челове́ка зри́м тя́, преподо́бне: ты́ бо измла́да Отца́ Небе́снаго возлюби́л еси́ и Тому́ Еди́ному во́лю твою́ порабо́тил еси́. Сего́ ра́ди ублажа́ем тя́ си́це:

Ра́дуйся, измла́да гла́су Бо́жию в со́вести внима́вый; ра́дуйся, о́браз Бо́жий в души́ твое́й в чистоте́ храни́вый.

Ра́дуйся, земно́е вели́чие твое́ по ро́ду ни во что́ вмени́вый; ра́дуйся, от ю́ности нищету́ духо́вную возлюби́вый.

Ра́дуйся, смире́ния учи́телю; ра́дуйся, де́вства ревни́телю.

Ра́дуйся, оби́тель преподо́бнаго Се́ргия, я́ко ти́хое приста́нище, избра́вый; ра́дуйся, житию́ Се́ргиеву ре́вностне подража́вый.

Ра́дуйся, Арсе́ние, Коме́льский чудотво́рче.

Конда́к 2.

Ви́дев в и́ночестве опло́т и огражде́ние от суеты́ мирскíя и душевре́дных по́мыслов, преподо́бне, в ю́ных ле́тех, потща́лся еси́ прия́ти на ся́ а́нгельский о́браз, смире́нне взыва́я всеви́дящему Храни́телю ду́ш и теле́с: Аллилу́ия.

Икос 2.

Ра́зум тво́й, преподо́бне о́тче, Христо́вым све́том просвети́ти возжела́в, вда́лся еси́ чте́нию Боже́ственных Писа́ний: узре́в же по́льзу от сего́ души́ твое́й, прия́л еси́ тру́д списова́ти свяще́нныя кни́ги и те́ми бли́жних твои́х умудря́ти. Сицево́му твоему́ усе́рдию дивя́щеся, взыва́ем ти́:

Ра́дуйся, пи́щи духо́вныя, па́че теле́сныя рачи́телю; ра́дуйся, свяще́нных кни́г списа́телю.

Ра́дуйся, о душе́вней по́льзе собра́тий твои́х ревнова́вый; ра́дуйся, молвы́ жите́йския избежа́вый.

Ра́дуйся, труды́ душеполе́зныя че́стне почита́вый; ра́дуйся, и́стиною Христо́вою, а́ки мече́м проти́ву врага́ душе́внаго спасе́ния вооруже́нный.

Ра́дуйся, сло́вом Госпо́дним, я́ко хле́бом небе́сным насыще́нный; ра́дуйся, в разли́чных послуша́ниях испыта́нный.

Ра́дуйся, Арсе́ние, Коме́льский чудотво́рче.

Конда́к 3.

Си́лою свы́ше преумудре́нный, ты́ свя́те Арсе́ние, избра́н бы́л еси́ во игу́мена оби́тели богоно́снаго Се́ргия, и возлага́я наде́жду на его́ многомо́щное предста́тельство пред престо́лом Пресвяты́я Тро́ицы, в смире́нии и поко́рности Ея́ святе́й во́ли, со стра́хом и тре́петом взыва́л еси́: Аллилу́ия.

Икос 3.

Име́я непреста́нное попече́ние о вве́ренных твоему́ води́телству и́ноцех оби́тели Се́ргиевы, ты́, преподо́бне, пе́рвее умно́жил еси́ по́двиги твоя́, прилага́я труды́ ко трудо́м. Сего́ ра́ди возглаша́ем тебе́:

Ра́дуйся, соверше́ннаго терпе́ния наста́вниче; ра́дуйся, смиренному́дрия пропове́дниче.

Ра́дуйся, наде́жный и́ночествующих руководи́телю; ра́дуйся, преподо́бных Се́ргия, Ни́кона, Са́ввы и про́чих святы́х игу́менов Ла́вры Се́ргиевы досто́йный прее́мниче.

Ра́дуйся, свеще́ на све́щнице Це́ркве Россíйския поста́вленная; ра́дуйся, и́ноков до́брых о́браз и украше́ние.

Ра́дуйся, Бо́гови ве́рный служи́телю; ра́дуйся, преподо́бных Его́ небе́сный сожи́телю.

Ра́дуйся, Арсе́ние, Коме́льский чудотво́рче.

Конда́к 4.

Бу́рю вну́трь име́я помышле́ний сумни́тельных, вели́кий кня́зь Васи́лий смути́ся, узре́в тя́, преподо́бне, игу́мена вели́кия Ла́вры в ве́тсей и многошве́нней оде́жди; уве́дев же от бра́тии о твое́м вели́цем смире́нии и нелицеме́рней простоте́, просла́ви смири́вшаго Себе́ до кре́стныя сме́рти Го́спода, зовы́й: Аллилу́ия.

Икос 4.

Слы́шаша и́ноцы и мирстíи лю́дие о по́двизех твои́х, пресла́вне Арсе́ние, прославля́ху Го́спода и тебе́, я́ко Его́ уго́дника. Ты́ же, пребыва́я в Ла́вре послуша́ния ра́ди и бе́гая сла́вы мирскíя, поча́сту удаля́лся еси́ во оби́тель Ма́хрищскую, иде́же удосто́ился еси́ явле́ния сла́вы Бо́жией на моще́х преподо́бнаго Стефа́на и па́мять его́ твори́ти уста́вил еси́. Последи́ же по сло́ву Писа́ния, взыску́я гряду́щаго гра́да, преподо́бне, взе́м святы́й кре́ст и ико́ну Пречи́стыя Богоро́дицы, та́йно удали́лся еси́ в пусты́ню, ча́я Бо́га спаса́ющаго. Сего́ ра́ди приими́ благосе́рдне похвалы́ сия́:

Ра́дуйся, самоотверже́ния учи́телю; ра́дуйся, простоты́ христиа́нския храни́телю.

Ра́дуйся, прославле́ния преподо́бнаго Стефа́на свиде́телю; ра́дуйся, па́мяти его́ установи́телю.

Ра́дуйся, води́тельству про́мысла Бо́жия поко́рный; ра́дуйся, бу́им себе́ почита́вый.

Ра́дуйся, гра́да гряду́щаго иска́вый; ра́дуйся, го́рлице пустыннолю́бная, от мíра в пусты́ню возлете́вшая.

Ра́дуйся, Арсе́ние, Коме́льский чудотво́рче.

Конда́к 5.

Боготе́чною звездо́ю яви́лся еси́, богому́дре Арсе́ние, стране́ Волого́дстей, и посели́лся еси́ в ве́си Ма́сленстей, иде́же пред си́м просла́вися явле́нием ико́на Пресвяты́я Богоро́дицы Одиги́трии, к не́й же я́ко благо́й путеводи́льнице прите́кл еси́, зовы́й в восхище́нии духо́внем Бо́гу: Аллилу́ия.

Икос 5.

Ви́дяще вси́ окре́стнии и проходя́щии лю́дие пусты́нное твое́ житие́ и твоя́ по́двиги, прославля́ху Го́спода, яви́вшаго мíру сицева́го уго́дника. Мы́ же, гре́шнии, прино́сим ти́ похвалы́ сия́:

Ра́дуйся, звездо́, страну́ Волого́дскую осия́вшая; ра́дуйся, лозо́ вертогра́да Се́ргиева.

Ра́дуйся, го́рдости прогони́телю; ра́дуйся, и́га Христо́ва носи́телю.

Ра́дуйся, темноты́ наро́дныя просвети́телю; ра́дуйся, пусты́ни Ма́сленския пе́рвый насе́льниче.

Ра́дуйся, обурева́емых страстьми́ приста́нище благоути́шное; ра́дуйся, оби́димых прибе́жище наде́жное.

Ра́дуйся, Арсе́ние, Коме́льский чудотво́рче.

Конда́к 6.

Пропове́дник несумне́ннаго пути́ ко спасе́нию яви́лся еси́, прему́дре Арсе́ние, твои́ми труды́, безкоры́стием и терпе́нием, на ни́хже взира́юще, усе́рдне сла́вим да́вшаго ти́ си́лу и кре́пость Го́спода, вопию́ще Ему́: Аллилу́ия.

Икос 6.

Возсия́, я́ко со́лнце в пусты́ни Ма́сленстей, но бе́гая молвы́ челове́ческия, преподо́бне, отше́л еси́ в непрохо́дныя де́бри Коме́льския, нося́ смире́ния ра́ди древя́ный кре́ст, и ту́ при реце́ Ко́хтоши, иде́же но́ша с раме́н твои́х спаде́ и све́т небе́сный осия́ тя́, поста́вил еси́ кре́ст и посели́лся еси́, ча́я в безмо́лвии рабо́тати Го́сподеви со стра́хом. Сего́ ра́ди приими́ похвалы́ сия́:

Ра́дуйся, промышле́нием Бо́жиим в пусты́ню Коме́льскую приведе́нный; ра́дуйся, све́том небе́сным зде́ осия́нный.

Ра́дуйся, пусты́ню сию́ от всея́ души́ возлюби́вый; ра́дуйся, от ко́зней вра́жеских святы́м кресто́м себе́ огради́вый.

Ра́дуйся, покро́ву Пресвяты́я Богоро́дицы ся́ преда́вый; ра́дуйся, еди́наго на потре́бу непреста́нне иска́вый.

Ра́дуйся, славолю́бия искорени́телю; ра́дуйся, соиме́нному тебе́ вели́кому Арсе́нию ве́рный подража́телю.

Ра́дуйся, Арсе́ние, Коме́льский чудотво́рче.

Конда́к 7.

Хотя́ вра́г ро́да челове́ча изгна́ти тя́, преподо́бне, из пусты́ни Коме́льския, мно́га искуше́ния тебе́ де́яше; но ты́ я́ко тве́рдый адама́нт неизме́нен пребыва́л еси́ в любви́ к пусты́ни, взыва́я к распя́тому за ны́ Го́споду: Аллилу́ия.

Икос 7.

Но́выя труды́ подъя́л еси́, блаже́нне Арсе́ние, егда́, по внуше́нию Бо́жию, устро́ити оби́тель в пусты́ни Коме́льстей восхоте́л еси́ и сея́ ра́ди вины́ ше́д неле́ностне во гра́д Москву́ и смире́нне пред о́чи царя́ Васи́лия Іоа́нновича предста́в, моли́л еси́ огради́ти устроя́емую оби́тель от оби́д и утесне́ний, я́же науще́нием вра́жеским де́яша окре́стнии лю́дие. Ца́рь же, ве́дая тя́ я́ко уго́дника Бо́жия, и исполня́я Писа́ние, — толку́щему отве́рзется, — повеле́ да́ти тебе́ гра́моту во огражде́ние оби́тели. За сицевы́я твоя́ труды́ и по́двиги вопие́м ти́ со умиле́нием:

Ра́дуйся, зла́то в горни́ле терпе́ния искуше́нное; ра́дуйся, би́сере честны́й, от скве́рны грехо́вныя безмо́лвием очище́нный.

Ра́дуйся, пусты́нных оби́телей основа́телю; ра́дуйся, вражды́ и нестрое́ния устрани́телю.

Ра́дуйся, се́рдце царе́во на ми́лость преклони́вый; ра́дуйся, безмо́лвие твое́ ра́ди спасе́ния бли́жних нару́шивый.

Ра́дуйся, прибега́ющим к тебе́ в ну́ждех усе́рдный помо́щниче; ра́дуйся, су́щим в напа́стех ско́рый засту́пниче.

Ра́дуйся, Арсе́ние, Коме́льский чудотво́рче.

Конда́к 8.

Стра́нным твои́м житие́м, преподо́бне, пусты́ня Коме́льская озари́ся, ему́же внима́юще, устрани́мся мíра, у́м на небеса́ возло́жше, а́ще бо спасе́ния душе́внаго ра́ди и удали́лся еси́ в пусты́ню, но мно́зи пустыннолю́бцы сокро́вищами души́ твоея́ привле́кл еси́, с ни́миже ны́не в невече́рнем све́те сла́дко воспева́еши Светопода́телю Христу́: Аллилу́ия.

Икос 8.

Ве́сь испо́лнен бы́л еси́ любве́ к Бо́гу и бли́жним твои́м, свя́те Арсе́ние, и сего́ ра́ди безро́потне принима́л еси́ неисче́тныя оби́ды от гоня́щих тя́ из пусты́ни. Егда́ же вре́менне отше́дшу ти́ из ке́лии твое́й, лю́дие нечести́вии нападо́ша на ню́ и келе́йнаго твоего́ ста́рца уби́ша, ты́, преподо́бне, в вели́цей ско́рби о поте́ри бра́та и о духо́вней поги́бели те́х бу́иих люде́й, да́л еси́ ме́сто гне́ву и удали́лся еси́ за три́десять по́прищ в де́брь Шилего́дскую, иде́же пожи́л еси́ в соверше́ннем безмо́лвии, до́ндеже откры́т бы́л еси́ ловце́м звере́й. Сицево́му терпе́нию дивя́щеся, возглаша́ем ти́:

Ра́дуйся, любве́ Христо́вы ве́рный носи́телю; ра́дуйся, спаси́тельнаго долготерпе́ния учи́телю.

Ра́дуйся, оби́ды, я́ко воздая́ние за грехи́, принима́вый; ра́дуйся, соде́янное тебе́ зло́ незло́бием покры́вый.

Ра́дуйся, пусты́ню Шилего́дскую житие́м твои́м освяти́вый; ра́дуйся, явле́нием твои́м звере́й дубра́вных удиви́вый.

Ра́дуйся, неви́нно стра́ждущих твои́м приме́ром укрепи́вый; ра́дуйся, си́рых и убо́гих покрови́телю.

Ра́дуйся, Арсе́ние, Коме́льский чудотво́рче.

Конда́к 9.

Вся́кую на́шу ско́рбь утоли́ твое́ю многомо́щную по́мощию, преподо́бне Арсе́ние, и испроси́ на́м у Го́спода си́лу и кре́пость понести́ кре́ст сво́й до конца́ живота́, взыва́я Влады́це все́х: Аллилу́ия.

Икос 9.

Ветíя многовеща́нныя, я́ко ры́бы безгла́сныя, ви́дим о тебе́, богому́дре Арсе́ние: недоуме́ют бо досто́йне восхвали́ти твоя́ по́двиги. Мы́ же, гре́шнии, любо́вию к тебе́ подвиза́емии, дерза́ем ублажа́ти тя́ си́це:

Ра́дуйся, пусты́нников дре́вних, Анто́ния, Па́вла, Гера́сима нелицеме́рный подража́телю; ра́дуйся, Христа́, не име́вшаго где́ главы́ преклони́ти, тве́рдый после́дователю.

Ра́дуйся, от звере́й лю́тых почита́емый; ра́дуйся, от люде́й зверонра́вных гони́мый.

Ра́дуйся, ловцу́ звере́й себе́ яви́вый; ра́дуйся, безкоры́стием и прозорли́востию ловца́ того́ порази́вый.

Ра́дуйся, но́вую оби́тель в де́бри Шилего́дстей основа́вый; ра́дуйся, я́ко си́лою моли́тв твои́х оби́тель та́ со все́ми прите́кшими к не́й от наше́ствия тата́р спасе́ся.

Ра́дуйся, Арсе́ние, Коме́льский чудотво́рче.

Конда́к 10.

Спасти́ хотя́ ду́шу твою́ на ме́сте, Бо́гом ука́занном ти́, свя́те Арсе́ние, вознаме́рился еси́ возврати́тися в любе́зную тебе́ пусты́ню Коме́льскую и зде́ оби́тель устро́ити: пе́рвее же ты́ напра́вил еси́ стопы́ твоя́ во гра́д Москву́ к царю́ Васи́лию Іоа́нновичу; испроси́в же от него́ но́вую гра́моту ра́ди пусты́ни Коме́льския, со ученико́м Гера́симом отше́л еси́ из оби́тели Шилего́дския на пре́жнее ме́сто в пусты́ню Коме́льскую и нача́л еси́ устроя́ти оби́тель во сла́ву и че́сть Пресвяты́я Богоро́дицы, Юже, я́ко непреста́нную Помо́щницу и ско́рую Засту́пницу прославля́я, с ве́рою и наде́ждою взыва́л еси́ Бо́гу: Аллилу́ия.

Икос 10.

Стена́ еси́ кре́пкая оби́тели твое́й и все́м к тебе́ прибега́ющим, преподо́бне Арсе́ние, твои́м бо святы́м житие́м мно́гия в пусты́ню привле́кл еси́, сего́ ра́ди вопие́м ти́:

Ра́дуйся, жития́ и́ноческаго му́дрый устрои́телю; ра́дуйся, смире́ния, целому́дрия и нестяжа́тельности ре́вностный насади́телю.

Ра́дуйся, земны́й а́нгеле и небе́сный челове́че; ра́дуйся, к тебе́ бо, я́ко му́дрому наста́внику, иска́вшии соверше́нства прибега́ху.

Ра́дуйся, я́ко сло́ву твоему́ и зве́ри дубра́внии внима́ху; ра́дуйся, злы́х серде́ц умягче́ние.

Ра́дуйся, оби́тели твое́й неусы́пный попечи́телю; ра́дуйся, Пречи́стыя Богоро́дицы ве́рный служи́телю.

Ра́дуйся, Арсе́ние, Коме́льский чудотво́рче.

Конда́к 11.

Пе́ние умиле́нное а́ще и прино́сим ти́, достохва́льне Арсе́ние, ничто́же соверша́ем досто́йно, но ты́, преподо́бне, покры́й на́ше недосто́инство твои́м снисхожде́нием и научи́ ны чи́стым се́рдцем воспева́ти просла́вившему тя́ Го́споду: Аллилу́ия.

Икос 11.

Светоза́рным свети́лом возсия́л еси́, преподо́бне Арсе́ние, в пусты́нях Шилего́дстей и Коме́льстей, а́ще и пресели́лся еси́ в после́днюю, но не забы́л еси́ посеща́ти и пе́рвую, облича́я окре́стныя лю́ди в наруше́нии и́ми за́поведей и уста́вов церко́вных. Пред конце́м же живота́ твоего́ ты́, преподо́бне, затвори́лся еси́ в ке́лии твое́й и нача́л еси́ гото́витися; последи́ же собра́л еси́ бра́тию к сме́ртному одру́ твоему́, моля́ и́х име́ти любо́вь между́ собо́ю, благослови́в же и́х, ми́рно пре́дал еси́ ду́х тво́й Бо́гу, и погребе́н бы́л еси́ во оби́тели Коме́льстей, иде́же мо́щи твоя́ то́ки чуде́с излива́ют, подвиза́я взыва́ти тебе́:

Ра́дуйся, свети́ло, све́т сво́й от Христа́ восприя́вшее; ра́дуйся, я́ко све́том те́м пусты́ни освети́шася.

Ра́дуйся, за́поведей Госпо́дних стро́гий исполни́телю; ра́дуйся, наруши́телей о́ных ско́рый обличи́телю.

Ра́дуйся, кончи́ну твою́ предузна́вый; ра́дуйся, мо́щи твоя́ во благослове́ние оби́тели да́вый.

Ра́дуйся, я́ко мо́щи сия́ то́ки чуде́с источа́ютъ; ра́дуйся, я́ко чудеса́ ты́я восхваля́ти тя́ благода́рне подвиза́ют.

Ра́дуйся, Арсе́ние, Коме́льский чудотво́рче.

Конда́к 12.

Благода́ти исто́чник — святы́я мо́щи твоя́, и́мамы и до дне́сь, блаже́нне Арсе́ние, а́ще бо и оби́тель твоя́ убе́жищем и́нокинь ны́не соде́лана бы́сть: в Ца́рствии бо небе́снем не́сть му́жеск по́л, ни же́нск, но вси́ ро́ди, еди́ным се́рдцем и еди́ными усты́, немо́лчне славосло́вят Пода́теля все́х бла́г Свята́го Ду́ха Уте́шителя, пою́ще Ему́: Аллилу́ия.

Икос 12.

Пою́ще твоя́ по́двиги и чудеса́, славосло́вим просла́вльшаго тя́ Го́спода и про́сим тя́, преподо́бне Арсе́ние, освяти́, вразуми́ и научи́ ны, гре́шныя, со умиле́нием взыва́ти тебе́:

Ра́дуйся, бу́иих вразуми́телю; ра́дуйся, разсла́бленных возстанови́телю.

Ра́дуйся, слепы́м зре́ние, глухи́м слы́шание, немы́м разреше́ние язы́ка дарова́вый; ра́дуйся, тре́звости утверди́телю.

Ра́дуйся, вражду́ющих примири́телю; ра́дуйся, со́вести пробуди́телю.

Ра́дуйся, душеполе́зных бла́г пода́телю; ра́дуйся, не то́чию оби́тели твоея́, но и всея́ о́бласти Волого́дския покрови́телю.

Ра́дуйся, Арсе́ние, Коме́льский чудотво́рче.

Конда́к 13

О, преподо́бне и богоно́сне о́тче на́ш Арсе́ние, приими́ от на́с, недосто́йных, ма́лое сие́ моле́ние и богоприя́тным хода́тайством твои́м умоли́ Го́спода изба́вити Це́рковь Правосла́вную от безве́рия, ересе́й и раско́лов, оте́чество на́ше от наше́ствия иноплеме́нных, от неду́га и гла́да, от вся́кия ско́рби и смертоно́сныя ра́ны, оби́тель же твою́ и на́с все́х от вра́г ви́димых и неви́димых. Да твои́м всемо́щным заступле́нием укрепля́еми и твое́ю любо́вию согрева́еми с ве́рою и наде́ждою благода́рне вопие́м Творцу́ небесе́ и земли́: Аллилу́ия.

[Се́й конда́к глаго́лется три́жды.]