Мученицы Агапия, Ирина и Хиония Аквилейские

Жития

Краткие жития мучениц Агапии, Ирины и Хионии

Святые мученицы Агапия, Ирина и Хиония были родными сестрами и жили в конце III – начале IV века вблизи итальянского города Аквилеи. Они остались сиротами в юном возрасте. Девушки вели благочестивую христианскую жизнь и отклоняли домогательства многочисленных женихов. Их духовным руководителем был священник Зинон. Ему было открыто в сонном видении, что в ближайшее время он скончается, а святых дев возьмут на мучение. Такое же откровение было и находившейся в Аквилее великомученице Анастасии († 304, память 22 декабря/4 января), которую называли Узорешительницей за то, что она безбоязненно посещала находившихся в тюрьмах христиан, ободряла их и помогала им. Великомученица Анастасия поспешила к сестрам и убеждала их мужественно постоять за Христа. Вскоре предсказанное в видении исполнилось. Священник Зинон скончался, а три девы были схвачены и направлены на суд к императору Диоклетиану (284–305).

Увидев юных прекрасных сестер, император предложил им отречься от Христа и обещал найти знатных женихов из своей свиты. Но святые сестры отвечали, что имеют одного Небесного Жениха – Христа, за веру в Которого готовы пострадать. Император убеждал их отречься от Христа, но ни старшие сестры, ни самая младшая из них не соглашались. Они называли языческих богов идолами, сделанными человеческими руками, и проповедовали веру в Истинного Бога.

По повелению Диоклетиана, направившегося в Македонию, туда были отвезены и святые сестры. Их отдали на суд правителю Дулкицию.

Когда он увидел красоту святых мучениц, то воспылал нечистой страстью. Он взял сестер под стражу и передал им, что они получат свободу, если согласятся исполнить его желание. Но святые мученицы ответили, что они готовы умереть за своего Небесного Жениха – Христа. Тогда Дулкиций решил тайно ночью овладеть ими насильно. Когда святые сестры встали ночью на молитву и славословили Господа, Дулкиций подкрался к двери и хотел войти. Невидимая сила поразила его, он потерял рассудок и кинулся прочь. Не находя выхода, мучитель по дороге попал в поварню, где стояли чугуны, сковороды и котлы, и весь перепачкался в саже. Слуги и воины с трудом узнали его. Когда он увидел себя в зеркале, то подумал, что святые мученицы околдовали его, и решил им отомстить.

На суде Дулкиций велел обнажить перед ним святых мучениц. Но воины, как ни старались, не могли этого сделать: одежды как бы приросли к телам святых дев. Во время суда Дулкиций внезапно заснул, и никто не мог разбудить его. Но только его внесли в дом, он тотчас проснулся.

Когда обо всем происшедшем донесли императору Диоклетиану, он разгневался на Дулкиция и передал святых дев судье Сисинию. Тот начал свой допрос с младшей сестры Ирины. Убедившись в ее непреклонности, он отправил ее в темницу и попытался принудить к отречению святых Хионию и Агапию. Но и их невозможно было склонить к отречению от Христа, и Сисиний приказал сжечь святых Агапию и Хионию. Сестры, услышав приговор, возблагодарили Господа за мученические венцы. В огне Агапия и Хиония отошли ко Господу с молитвой.

Когда огонь погас, все увидели, что тела мучениц и их одежда не опалены огнем, а лица прекрасны и спокойны, как у людей, уснувших тихим сном. На другой день Сисиний приказал привести на суд святую Ирину. Он пугал ее участью старших сестер и уговаривал отречься от Христа, а потом стал угрожать отдать ее на поругание в блудилище. Но святая мученица отвечала: "Пусть мое тело будет отдано на насильственное поругание, но душа моя не осквернится отречением от Христа".

Когда воины Сисиния повели святую Ирину в блудилище, их нагнали два светлых воина и сказали: "Ваш господин Сисиний повелевает вам привести девицу на высокую гору и оставить там, а затем придти к нему и доложить о выполнении приказа". Воины так и поступили. Когда они доложили об этом Сисинию, тот пришел в ярость, так как не давал такого распоряжения. Светлые воины были Ангелы Божии, спасшие святую мученицу от поругания. Сисиний с отрядом воинов направился к горе и увидел на ее вершине святую Ирину. Долго искал он дорогу к вершине, но так и не смог найти. Тогда один из воинов ранил святую Ирину стрелой из лука. Мученица крикнула Сисинию: "Я смеюсь над твоей бессильной злобой и чистой, неоскверненной отхожу ко Господу моему Иисусу Христу". Возблагодарив Господа, она легла на землю и предала дух свой Богу за день до Святой Пасхи († 304).

Великомученица Анастасия узнала о кончине святых сестер и с честью погребла их тела.

Мученичество Агапии, Ирины, Хионии и присных[1]

С пришествием и явлением Владыки и Спасителя нашего Иисуса Христа насколько большей, чем прежде, стала благодать, настолько большей и победа святых. Ведь вместо врагов видимых побеждаются враги невидимые: незримую природу бесов предают огню чистые и честные жены, исполненные Святого Духа. Три таких жены, украшенные добродетелями, происходили из города Фессалоники, который всемудрый Павел прославляет за веру и любовь: “Во всяком месте прошла слава о вере вашей в Бога”^[2], и в другом месте – за братолюбие: “Нет нужды писать к вам, ибо вы сами научены Богом любить друг друга”^[3]. Когда началось Максимианово^[4] гонение, они из любви к Богу, послушавшись Евангельских заповедей, оставляют свой род, богатство и отечество, совершив дело, достойное праотца Авраама; убегают в ожидании небесных благ от преследователей и достигают некой высокой горы. Там они проводили время в молитвах, телом оставаясь на горе, а душою живя на небесах.

На этом месте их схватили и привели к гонителю. Благодаря этому они получили нетленный венец, ибо до самой смерти возлюбили Владыку и до конца последовали Его заповедям. Одна из них, хранившая чистоту и свет крещения по слову пророка: “Омыеши мя, и паче снега убелюся”^[5], именовалась Хионией [то есть Снежной]. Другая, имевшая дар мира от Спасителя и Бога нашего и являвшая его всем по святому речению: “Мир Мой даю вам”^[6], называлась Ириной [то есть Миром]. А та, которая стяжала совершенство в увещевании и обладала любовью от всего сердца к Богу и к ближнему, как к самому себе, ибо святой апостол говорит: “Цель же увещания есть любовь”^[7], звалась в соответствии с этим Агапией [то есть Любовью].

Всех этих трех жен, приведенных к нему и не пожелавших принести жертвы, правитель приговорил к сожжению – [это случилось], чтобы через привременный огонь они победили послушного правителю диавола и все его воинство поднебесных бесов, получили чистый венец славы и вместе с ангелами стали вечно славить Даровавшего им Свою милость Бога. А записи случившегося с ними приведены ниже.

Когда правитель Дулкитий^[8] сел на трибунале, комментарисий^[9] Артемисий сказал:

– Если прикажешь, то я прочту, какое известие о представших [перед судом] послал местный стационарий^[10] Твоему Счастью.

– Прочти, – сказал правитель Дулкитий.

И по порядку было прочитано:

– Тебе, мой владыка, Кассандр бенефициарий^[11]. Знай, господин, что Агафон, Ирина, Агапия, Хиония, Кассия, Филиппа и Евтихия не захотели вкусить от священных жертв – их я и препровождаю к Твоему Счастью.

Правитель сказал им:

– Что это за безумие? Почему вы не подчиняетесь эдикту наших боголюбивейших императоров и цезарей^[12]?

И он сказал Агафону:

– Почему, приступив к святыням, как и благочестивые, ты не вкусил от них?

Агафон: Потому что я христианин.

Правитель Дулкитий: Ты и по сей день остаешься им?

Агафон: Да.

Дулкитий: Что ты скажешь, Агапия?

Агапия: Я верую в Бога Живого и не хочу погубить свою совесть.

Правитель Дулкитий: Что ты скажешь, Ирина? Почему ты не подчинилась указу наших владык императоров и цезарей?

Ирина: Из-за страха Божьего.

Правитель: Что ты скажешь, Хиония?

Хиония: Я верую в Бога Живого и не сделаю этого.

Правитель: Что ты скажешь, Кассия?

Кассия: Я желаю спасти свою душу.

Правитель: Желаешь приобщиться святынь?

Кассия: Не желаю.

Правитель: Что ты скажешь, Филиппа?

Филиппа: Я скажу то же самое.

Правитель: Что значит “то же самое”?

Филиппа: Я желаю лучше умереть, чем вкусить.

Правитель: Что ты скажешь, Евтихия?

Евтихия: Скажу то же самое: желаю лучше умереть.

Правитель: У тебя есть муж?

Евтихия: Он скончался.

Правитель: Когда он скончался?

Евтихия: Около семи месяцев назад.

Правитель: От кого ты беременна?

Евтихия: От мужа, которого дал мне Бог.

Правитель: Как же ты беременна [от него], когда говоришь, что твой муж умер?

Евтихия: Воли Вседержителя никто не может знать^[13].

Правитель: Я прошу Евтихию оставить свое безумие и обратиться к здравому смыслу. Что ты скажешь: подчинишься ли императорскому указу?

Евтихия: Не подчинюсь: я христианка, раба Бога Вседержителя.

Правитель: Евтихию, поскольку она беременна, пусть держат пока в тюрьме.

И продолжил: Что ты скажешь, Агапия: сделаешь ли все то, что делаем мы, благочестивые, по отношению к нашим владыкам императорам и цезарям?

Агапия: Да не будет хорошо сатане: не увлечет он мой рассудок. Наш рассудок непобедим.

Правитель: Что ты скажешь, Хиония? Хиония: Наш разум никто не может совратить.

Правитель: Нет ли у вас, нечестивых христиан, каких-либо писаний, пергаменов или книг?

Хиония: Нет, господин, ведь все изъяли нынешние самодержцы.

Правитель: Кто вложил в вас такие мысли?

Хиония: Бог Вседержитель.

Правитель: Кто посоветовал вам обратиться к таким безумным мыслям?

Хиония: Бог Вседержитель и Его Единородный Сын, Господь наш Иисус Христос.

Правитель Дулкитий: Совершенно ясно, что все должны подчиняться нашим благочестивым владыкам императорам и цезарям. Когда было обнародовано предписание и изданы соответствующие эдикты, вы, еще без всякой угрозы, презрели повеление наших благочестивейших императоров и цезарей и остались в нечестивой христианской вере. Поскольку вы уже долгое время придерживаетесь некоего безумия, а также еще и сегодня, принуждаемые военачальниками и правителями, не желаете отречься и письменно подтвердить выполнение приказания, то поэтому вы получите достойное наказание.

И он записал на бумаге и огласил приговор:

– Агапию и Хионию, поскольку они нечестиво мудрствовали против божественного постановления наших владык августов и цезарей, все еще почитая пустую, дурную и ненавистную всем богобоязненным христианскую веру, я приказал предать огню.

И продолжил:

– Агафон, Ирина, Кассия, Филиппа и Евтихия ввиду их молодости пусть будут брошены пока в тюрьму.

А после кончины святейших [жен] от огня, на следующий день, когда снова привели святую Ирину, правитель Дулкитий сказал ей:

– То, что ты безумна, это ясно, раз ты хотела даже по сей день сохранить столько пергаменов, книг, табличек, книжечек и страниц из писаний некогда живших нечестивых христиан. Когда их принесли, ты призналась, каждый раз, однако, говоря, что они не твои. Поскольку ты не устрашилась наказания своих сестер и не имеешь перед глазами страха смерти, необходимо применить к тебе пытки. Однако уместно уделить тебе немного человеколюбия: если ты захочешь теперь все же признать богов, то будешь свободна от всякой опасности и наказания. Что ты скажешь: исполнишь ли повеление наших императоров и цезарей, согласишься вкусить сегодня от священных даров и принести жертву богам?

Ирина: Нет, я не согласна сделать это, ибо Господь Бог, Сотворивший небо, землю, море и все, что в них, жестоко покарает вечным мучением преступивших Божье слово.

Правитель Дулкитий: Кто посоветовал тебе хранить эти пергамены и писания до сегодняшнего дня?

Ирина: Бог Вседержитель, Призвавший любить Его до самой смерти. Из-за этого я не отважилась выдать их, но предпочла, конечно, лучше остаться и претерпеть, что бы ни случилось с нами, чем отдать их.

Правитель: Кто знал, что они были в том доме, где ты жила?

Ирина: Никто другой не видел их, кроме Бога Вседержителя, Который все ведает, а так – никто. Своих домашних мы опасаемся больше врагов, как бы они не донесли на нас, а сами мы никому не говорили.

Правитель: В прошлом году, когда впервые был обнародован эдикт наших владык императоров и цезарей, где вы спрятались?

Ирина: Где Бог изволил – в горах. Видит Бог – под открытым небом.

Правитель: У кого вы были?

Ирина: Повсюду в горах под открытым небом.

Правитель: Кто давал вам хлеб?

Ирина: Бог, Подающий всем.

Правитель: Соглашался ли с вами ваш отец?

Ирина: Клянусь Богом Вседержителем – не соглашался и вообще даже не знал.

Правитель: Кто из соседей знал о вас?

Ирина: Спроси соседей и местных жителей, знал ли кто, где мы были.

Правитель: После вашего возвращения с гор, как ты говоришь, читали ли вы эти писания в чьем-либо присутствии?

Ирина: Они были в нашем доме, и мы не дерзали выносить их наружу. Поэтому мы и пребывали в великой печали, что не могли читать их ночью и днем, как делали всегда до того дня в прошлом году, когда и спрятали их.

Правитель Дулкитий: Твои сестры уже получили свой приговор. Поскольку ты виновна и в прежнем бегстве и в сокрытии этих книг и пергаменов, я прикажу не лишать тебя сразу жизни таким же образом. Но я прикажу агораномам^[14] этого города и чиновнику Зосиме поставить тебя голой в блудилище, взяв из дворца только один хлеб, с тем, чтобы агорономы не позволяли тебе удалиться оттуда.

Итак, когда были приведены агораномы и общественный раб Зосим, правитель сказал:

– Твердо знайте: если кто из отряда донесет мне, что она даже на самый короткий срок будет отпущена из того места, куда я приказал ее поставить, то тогда вы подпадете под тот же приговор. А писания, которые принесли в Ирининых тубусах^[15] и ларцах, пусть публично сожгут.

По приказу правителя назначенные для этого люди отвели ее в общественное блудилище. Но благодатью Святого Духа она сохранила и сберегла свою чистоту для Владыки всех Бога: никто не отважился подойти к ней и не попытался обойтись с ней дерзко, даже на словах.

Правитель Дулкитий призвал святейшую, сел на трибунале и сказал:

– Ты все еще пребываешь в прежнем безумии?

Ирина: Не в безумии, а в благочестии.

Правитель Дулкитий: Из прошлых твоих ответов четко выяснилось, что ты нечестиво не повиновалась императорскому эдикту. Теперь я вижу, что ты все еще [остаешься] в этом безумии – поэтому прими должное наказание.

Попросив бумагу, он записал такой приговор:

– Ирину, поскольку она не захотела подчиниться императорскому указу и принести жертву, оставаясь в некоем христианском вероучении, как и двух ее сестер, я повелел сжечь за это заживо.

После того, как правитель вынес такой приговор, воины взяли ее и отвели на некое высокое место, где пострадали прежде ее сестры. Они разожгли большой костер и велели ей взойти на него. Святая Ирина, славя Бога, с пением псалмов бросилась в костер и так скончалась в девятое консульство Диоклетиана августа и восьмое – Максимиана августа, в апрельские календы^[16], в царство во веки Господа нашего Иисуса Христа, с Ним же Отцу слава со Святым Духом во веки веков, аминь.

Елена Луковникова

Альманах “Альфа и Омега”, № 26, 2000

Литература

Lexicon der christlichen Ikonographie. Rom, 1994. Bd. 5. S. 42. Wilpert J. Die romischen Mosaiken und Malereien der kirchlichen Bauten vom 4.–13. Jahrhundert. Freiburg i. Br., 1916. Bd. II. S. 710–711. Fig. 304. Bd. I. S. 334–335. Bd. IV. Tf. 205, 3. Restle M. Die byzantinische Wandmalerei in Kleinasien. Recklinghausen, 1967. Bd. 3. № 201, 218. Codices e Vaticani selecti, Il Menologio di Basilio II. Turin, 1907. VIII. Tf. 267. Millet G. Monuments de l’Athos, Paris 1927. Tf. 165, 3. Ерминия, или наставление в живописном искусстве, составленное иеромонахом и живописцем Дионисием Фурнографиотом. 1701–1755 год. Порфирия, епископа Чигиринского. 1868. Репринт: М., 1993. С. 177. Строгановский иконописный подлинник. М., 1869. Roeder H. Saints and their Attributes. London–N. Y.–Toronto, 1955. P. 267.

Примечания

^[1] Не так много живых свидетельств древнего христианства дошло до нас. Обычно собратья мучеников, члены христианской общины того же города, просто выкупали протоколы допросов и записи приговоров у римских чиновников, а затем распространяли их для укрепления верных, предварительно снабдив кратким комментарием.
Один из таких памятников – “Мученичество Агапии, Ирины, Хионии и присных” (BHG = Bibliotheca Hagiographica Graeca / Ed. F. Halkin. Bruxelles, 1957. Vol. 1. 34), дошедшее до нас лишь в одной-единственной рукописи (Cod. Vat. gr. 1660, 916 г.).

^[2] 1Фес.1:8.

^[3] 1Фес.4:9.

^[4] Максимиан Геркулий – римский император (285–310), соправитель Диоклетиана; будучи главой западной части Империи, прославился особо жестокими гонениями на христиан.

^[5] Пс.50:9.

^[6] Ин.14:27.

^[7] 1Тим.1:5.

^[8] Вероятно тот же самый Дулкитий, который упоминается в актах Кантия, Кантиана, Кантианиллы и Прота, пострадавших в Аквилее (BHL = Bibliotheca Hagiographica Latina / Ed. Socii Bollandisti. Bruxelles, 1909. 1543–1549).

^[9] Комментарисии (commentarienses)– чиновники, ответственные за ведение официальной документации при правителях.

^[10] Стационарии (milesstationarii)—полицейские чиновники, наблюдавшие за порядком на вверенном им участке (statio).

^[11] Бенефициарии (beneficiarii) – в императорскую эпоху унтер-офицерский чин, связанный с ведением канцелярских дел.

^[12] Имеется в виду эдикт Диоклетиана и Максимиана от 23 февраля 303 г.

^[13] Таким образом мученица преодолевает попытку обвинить ее в распутстве. – Ред.

^[14] Агораномы – городские чиновники, наблюдавшие за порядком на рынке. Их служба, соответствующая римскому эдилату, длилась обычно 1 год.

^[15] Букв. ‘башенки’ (purg…skoi) – футляры для хранения свитков.

^[16] 1 апреля 304 г.

Кондак, глас 4

Кре́пко ду́шу, Ири́но, ополчи́ла еси́ ве́рою,
я́ве лука́ваго посрами́вши,
и ко Христу́ привела́ еси́ тмы́ люде́й мно́жества, блаже́нная,
и, порфи́ру от крове́й нося́щи,

со а́нгелы ны́не весели́шися.

Канон святым мученицам Агапии, Ирине и Хионии

Минея, 16 Апреля.

Глас 8

Песнь 1

Ирмос: Пои́м Го́сподеви,
прове́дшему лю́ди Своя́ сквозе́ Чермно́е мо́ре,
я́ко еди́н сла́вно просла́вися.

Припев: Святи́и му́ченицы, моли́те Бо́га о на́с.

Благода́ть мне с Небесе́, му́ченицы Госпо́дни, исхода́таите,
ва́ше восхваля́ющему на земли́ светоно́сное торжество́.

Припев: Святи́и му́ченицы, моли́те Бо́га о на́с.

Расто́ргше пристра́стие плотски́х соу́з Боже́ственным Ду́хом,
Христу́ де́вы связа́шася любо́вию Богоразу́мною.

Припев: Святи́и му́ченицы, моли́те Бо́га о на́с.

Напра́вил еси́ ко приста́нищем, Спа́се, Небе́сным де́вы Твоя́,
проше́дшия немо́кренно мук непостоя́нную пучи́ну.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Делесы́ чи́стыми от Де́вы Отрокови́цы возсия́вшему Сло́ву угоди́вше де́вы,
Сим веселя́тся.

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Богородичен: Ражда́еши несказа́нно, Его́же Оте́ц неизрече́нно роди́,
и сосцы́ пита́еши вся́ческая пита́ющаго, Влады́чице.

Песнь 3

Ирмос: Ты еси́ утвержде́ние
притека́ющих к Тебе́, Го́споди,
Ты еси́ свет омраче́нных,
и пое́т Тя дух мой.

Припев: Святи́и му́ченицы, моли́те Бо́га о на́с.

Ту́чами Боже́ственнаго Ду́ха напая́еми
кла́сы му́ченическия, Боже́ственным де́ланием де́вы процвето́ша.

Припев: Святи́и му́ченицы, моли́те Бо́га о на́с.

Па́че ви́димых неви́димая возлю́бльше,
ви́димыя и неви́димыя враги́ побори́сте.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Огня́ не ужасо́стеся, разгара́еми Ду́ха Боже́ственным огне́м,
те́мже исцеле́ний Боже́ственную ро́су источа́ете.

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Богородичен: Расто́ргни прегреше́ний мои́х лю́тое рукописа́ние, Влады́чице,
Я́же у́зы разре́шшая а́довы безсе́менным рождество́м Твои́м.

Седален, глас 8

Уневе́стившеся Го́сподеви боголе́пно,
я́коже дар кровь и заколе́ние Тому́ принесо́сте, страстоно́сицы отрокови́цы,
и черто́г Боже́ственный досто́йно улучи́сте,
просвеще́ния неизрече́ннаго непреста́нно исполня́еми.
Те́мже, святу́ю и честну́ю ва́шу па́мять творя́ще духо́вно,
Спа́са прославля́ем и ве́рно взыва́ем:
моли́те Христа́ Бо́га грехо́в оставле́ние пода́ти
чту́щим любо́вию святу́ю па́мять ва́шу.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Богородичен: Прему́дрость и Сло́во в Твое́м чре́ве заче́нши неопа́льно, Ма́ти Бо́жия,
ми́рови родила́ еси́ мир Содержа́щаго
и во объя́тиих понесла́ еси́ вся Нося́щаго,
Пита́теля всех и Творца́ тва́ри.
Те́мже молю́ Тя, Всесвята́я Деви́це, и ве́рно сла́влю Тя,
изба́витися ми от прегреше́ний, и в День Суда́,
егда́ предста́ти и́мам пред лице́м Созда́теля моего́,
Влады́чице Де́во Чи́стая, Твою́ по́мощь тогда́ пода́ждь ми:
вся бо мо́жеши, ели́ка хо́щеши, Всепе́тая.

Песнь 4

Ирмос: Услы́шах, Го́споди,
смотре́ния Твоего́ та́инство,
разуме́х дела́ Твоя́
и просла́вих Твое́ Божество́.

Припев: Святи́и му́ченицы, моли́те Бо́га о на́с.

Теле́сных жела́ний жела́нием Боже́ственным отлучи́вшеся,
оби́телища Ду́ха Христо́вы де́вы соде́лашася.

Припев: Святи́и му́ченицы, моли́те Бо́га о на́с.

Согла́сием Богому́дрым на проти́внаго ополчи́вшеся, побе́ду Боже́ственную прия́сте
и венце́в Боже́ственных сподо́бистеся.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Свяще́нно, я́коже незло́биви води́стеся а́гницы, пожре́тися, всечестны́я,
не вопию́ще, ни зову́ще,
но произволе́нием умерщвля́еми.

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Богородичен: Воплоща́ема Го́спода родила́ еси́, Госпоже́, всея́ тва́ри,
Его́же моли́ изба́вити мя, Всесвята́я,
от о́бласти вра́жия кова́рства.

Песнь 5

Ирмос: Просвети́ нас повеле́нии Твои́ми, Го́споди,
и мы́шцею Твое́ю высо́кою
Твой мир пода́ждь нам,
Человеколю́бче.

Припев: Святи́и му́ченицы, моли́те Бо́га о на́с.

У́треневаша вку́пе ко Христу́, Све́ту незаходи́мому, де́вы Богому́дрыя
и па́че сия́ния со́лнечнаго озари́шася.

Припев: Святи́и му́ченицы, моли́те Бо́га о на́с.

У́ды му́жески отда́сте к му́кам,
му́чивше томи́теля терпе́нием, страстоте́рпицы досточу́дныя.

Припев: Святи́и му́ченицы, моли́те Бо́га о на́с.

Цвет свяще́нен му́чеником показа́стеся,
благово́ние Боже́ственнаго ра́зума Це́ркви подаю́ще, всехва́льнии.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Глаго́лы ва́шими велехва́льный онеме́,
терпе́нием же победи́ся
и потребле́нию отпуще́н бысть, прехва́льнии.

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Богородичен: Коне́ц ми благ прибы́ти, Отрокови́це, моли́,
я́ко да избе́гну жду́щих мя безконе́чных мук и спасу́ся.

Песнь 6

Ирмос: Моли́тву пролию́ ко Го́споду
и Тому́ возвещу́ печа́ли моя́:
я́ко зол душа́ моя́ испо́лнися
и живо́т мой а́ду прибли́жися,
и молю́ся, я́ко Ио́на:
от тли, Бо́же, возведи́ мя.

Припев: Святи́и му́ченицы, моли́те Бо́га о на́с.

Претерпе́вше плотски́я боле́зни и о́гненное томле́ние му́жески,
Христо́вы страстоте́рпицы и неве́сты Ага́пия, и Хиони́я, и Ири́на
прия́ша вене́ц благоле́пен и неиждива́емую сла́ву с му́ченики.

Припев: Святи́и му́ченицы, моли́те Бо́га о на́с.

Влачи́мы по земли́, я́коже ка́мение,
испроверго́сте, де́вы, пре́лести зда́ние все си́лою Сло́ва,
к Це́ркви возведо́стеся Святе́й предстоя́ти ра́достно Владу́щему все́ю тва́рию.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Исцеле́ния ра́ка Хиони́и, и Ири́ны, и Ага́пии то́чит,
от исто́чника напая́ема бога́тно Уте́шителя, и уставля́ет боле́зни,
напоя́ет же благоче́стно приступа́ющих сердца́ благода́тию.

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Богородичен: Ме́ртвость ко́жных риз Ада́м отло́ж
воплоще́нием Твоего́ Сы́на, Богоро́дице Де́во,
во оде́жду Боже́ственныя сла́вы облече́ся,
сла́вя Тя ра́достно, я́ко Ма́терь Бо́жию Всенепоро́чную.

Кондак, глас 4

Кре́пко ду́шу, Ири́но, ополчи́ла еси́ ве́рою,
я́ве лука́ваго посрами́вши,
и ко Христу́ привела́ еси́ тьмы люде́й мно́жества, блаже́нная,
и, порфи́ру от крове́й нося́щи,
со А́нгелы ны́не весели́шися.

Песнь 7

Ирмос: О́троцы евре́йстии в пещи́
попра́ша пла́мень дерзнове́нно
и на ро́су огнь преложи́ша, вопию́ще:
благослове́н еси́, Го́споди Бо́же, во ве́ки.

Припев: Святи́и му́ченицы, моли́те Бо́га о на́с.

Ни звере́й ди́виих наи́тия, ни клоко́чущаго стремле́ния огня́ непостоя́ннаго,
ни удо́в отсече́ния, ни боле́зней многообра́зных
Христо́вы отрокови́цы устраши́шася доблему́дрыя.

Припев: Святи́и му́ченицы, моли́те Бо́га о на́с.

Иму́ще о́ко серде́чное ко спаса́ющему Бо́гу и Царю́, а́гницы Христо́вы
отлучи́шася ко всему́ вра́жию ополче́нию и победи́ша му́жески.

Припев: Святи́и му́ченицы, моли́те Бо́га о на́с.

Ми́лостив бу́ди Твои́м рабо́м, Преблаги́й,
мольба́ми Хиони́и, и Ири́ны чи́стыя, и честны́я Ага́пии,
грехо́в проще́ние их ра́ди нам подава́я.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Все жела́ние, де́вы, стяжа́вше ко еди́ному Влады́це,
жите́йскую красоту́ вмени́сте, я́ко сон, вопию́ще:
благослове́н еси́, Го́споди Бо́же, во ве́ки.

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Богородичен: Умертви́, Чи́стая, живу́щий, молю́ Тя, во мне грех
и жизнь мя улучи́ти сподо́би нестаре́емую,
Я́же Живо́т ро́ждшая и умори́вшаго зми́я.

Песнь 8

Ирмос: Богоглаго́ливии о́троцы в пещи́,
со огне́м пла́мень попира́юще, поя́ху:
благослови́те, дела́ Госпо́дня, Го́спода.

Припев: Святи́и му́ченицы, моли́те Бо́га о на́с.

Нау́чшеся Боже́ственным пресла́вно, во вре́мя подвиго́в нрав му́жески восприя́ша
Христо́вы а́гницы, тве́рдо пострада́вше.

Припев: Святи́и му́ченицы, моли́те Бо́га о на́с.

Помраче́н пия́нством гони́тель мра́чнаго греха́,
сме́ху до́лжен явля́шеся,
Христо́вы же де́вы, я́ко свет, показа́шася.

Припев: Святи́и му́ченицы, моли́те Бо́га о на́с.

Цевни́ца, глася́щи я́ве Бо́жию песнь испове́дания Боже́ственнаго,
и сведе́ния, и ве́ры показа́стеся вои́стинну, де́вы отрокови́цы.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Утве́рждшеся любо́вию Влады́ки,
утвержде́ния вся диа́воля низложи́сте, страстоно́сицы Христо́вы,
и ны́не ублажа́етеся.

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Богородичен: О́бразы нося́щи дре́вле Твоего́ рождества́,
ю́ноши не опаля́ет, Де́во Ма́ти, пещь,
я́коже ни утро́бу Твою́ Огнь Боже́ственный.

Песнь 9

Ирмос: Вои́стинну Богоро́дицу,
Тя испове́дуем,
спасе́ннии Тобо́ю, Де́во Чи́стая,
с безпло́тными ли́ки Тя велича́юще.

Припев: Святи́и му́ченицы, моли́те Бо́га о на́с.

Напра́вистеся, де́вы, к Боже́ственным приста́нищем окормле́нием Христа́ Бо́га на́шего,
напа́сти преше́дше свире́пых волн.

Припев: Святи́и му́ченицы, моли́те Бо́га о на́с.

Я́ко зве́зды, я́ко свещи́, сия́юще,
Ири́на, и Ага́пия, и Хиони́я
просвеща́ют вселе́нныя бога́тно вся концы́.

Припев: Святи́и му́ченицы, моли́те Бо́га о на́с.

Совокупи́стеся с ли́ки Безпло́тных,
безпло́тныя враги́, с пло́тию до́блественне, страстоно́сицы, победи́вше.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Па́мять ва́ша Боже́ственными просвеще́на светови́дными, страстоно́сицы, дарова́нии,
мы́сли просвеща́ет восхваля́ющих вас.

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Богородичен: Благолюби́вая Де́во, озло́бленную грехо́м ду́шу мою́ уврачу́й,
Я́же Преблага́го Сло́ва поро́ждшая.